Лохпожизни (lokhpozhizni) wrote,
Лохпожизни
lokhpozhizni

Теория государства и права. Фронтовик профессор М.С. Букин

28 лет назад в июне 1989 года сдавал я экзамен по теории государства и права.



Теория государства и права на юрфаке проходится дважды: два семестра на первом курсе и два семестра на четвертом. Основной курс читается в первых дух семестрах. На моё счастье отличница-пятикурсница дала мне совет, сильно облегчивший моё существование на юрфаке:

- Выучи ТГП наизусть.

Я выучил. Заучивать наизусть приходилось абзацами, иногда страницами, но я твёрдо заучил ТГП и основные формулировки помню по сей день. Жизнь сделалась легка и приятна: теперь тройку по любой дисциплине я мог получить, не открывая учебника.

Дело в том, что первый вопрос любого билета всегда на теорию. А теория - она теория и есть. Теория уголовного, гражданского, трудового и любого другого права сходятся в одной точке - ТГП.

ТГП - основополагающая дисциплина юридического факультета. Без твёрдого знания теории права изучать само право всё равно, что изучать электротехнику, не изучив закон Ома. Если я не знал предмет. то на экзамене первый вопрос я барабанил так, что от зубов отскакивало, на два других вопроса честно отвечал "не знаю" и получал "удовл." в зачётку - не готовясь и не открывая учебника.

Но это было после, начиная со второго курса... А пока мне надлежало сдать ТГП на экзамене за первый. Принимал экзамен профессор Букин Михаил Сергеевич.

Нахожу очень сильное сходство между профессором Михаилом Сергеевичем Букиным и Евгением Максимовичем Примаковым:

- Невысокий рост
- Интеллигентность
- Высочайший профессионализм
- Доскональное знание предмета
- Нетерпимость к любого рода дилентантству и профанации
- Негромкий голос
- Глубочайшее уважение, внушаемое окружающим
- Стальная воля
- Полная независимость в суждениях и поступках


Возле деканата висел стенд: "Преподаватели - участники Великой Отечественной войны". Вторым висел М.С. Букин.

Фотография сделана весной 1945 года. На фотографии молодой вихрастый капитан, командир разведроты. Сорвиголова, бузотёр и головорез. На груди у молодого капитана - иконостас орденов: Красное Знамя, Отечественная Война, Александр Невский, Красная Звезда.

Повоевал человек.

Подобывал разведданные.

Порисковал жизнью.

Через несколько дней после того парадного фотографирования, капитан Букин был тяжело ранен, стал инвалидом. Осколок повредил ногу. Вылечить ногу не удалось: до конца дней бывший разведчик проходил с палочкой.

При советской власти юрфак крайне неохотно принимал школьников. Из 60 человек на курсе школьников было 10. Все золотые медалисты. Остальные взрослые люди. Мальчики прошли армию, девочки два года отработали на производстве.

Студенты юрфака относились к студентам других факультетов как хоккеисты НХЛ к своим "коллегам" из дворовых команд: "Подвинься, а то зашибу". Мы их не били: и так было понятно, что если неправильно себя поведут, то мы им головы посворачиваем. На равных нам, юристам, мог противостоять только Сельмех. На Сельмехе учились простые крестьянские парни - ветеринары и механизаторы - на спор гнущие пятаки и гвозди пальцами. Физическими кондициями вчерашние дембеля, а ныне студенты-юристы, не уступали сельхозникам - такие же здоровые и наглые жеребцы.

Когда на юрфак по университетской лестнице всходил маленький, тихий хромоногий старичок - профессор Букин - юрфак стихал. Разговоры в коридорах делались тише, а здоровых жеребцов невидимой силой придавливало к стенам.

"Букин!" - перебегал-шелестел шёпот по коридорам, - "Букин идёт!".

Уважали.

Крепко уважали мы своего профессора.

За биографию.

За знания.

За характер.

Профессор, зная, что является светилом-правоведом не местечкового, а ВСЕСОЮЗНОГО уровня, вёл себя соответственно, никому не кланялся, ни под кого не подстраивался, всех прогибал под себя. Ректор, проректор - по фигу. Хоть первый секретарь обкома. Если Букин поставил "двойку" - вылетишь из универа как пробка из шампанского, никакие связи не помогут. Один только Букин будет решать - станешь ты Генеральным Прокурором СССР или не окончишь первый курс?

Критерий - твои знания.

Оценивал Букин без придирок, но предмет до того сложный и муторный, что хоть с придирками, что без придирок - всё едино. Двадцать двоек на курсе - норма.

Я учил.

Учил добросовестно.

Учил так, как может учить человек, пришедший в Храм Науки из Казармы и не желавший в эту казарму возвращаться.

Но это же не природоведение, а ТГП! Тут столько всего наверчено! На этой чертовой теории государства и права построен весь пятилетний срок обучения будущих прокуроров, следователей, судей, нотариусов, адвокатов и юрисконсультов.

Перед экзаменом у профессора Букина меня подколачивало.

Весь курс колотился от страха быть отчисленными.

Пацан со старшего курса успокоил:

- Не ссы! У него все, кто в Афгане служил, карандашом отмечены.

Если бы огневую подготовку сдавать или горную - я бы не ссал. А ТГП - это серьёзно.

Настала моя очередь сдавать. Захожу в кабинет, здороваюсь с профессором, кладу перед ним зачетку, беру билет, иду готовиться. Читаю билет - светлею лицом.

ЗНАЮ!!!

Честное слово!!!

Знаю, потому что учил, учил, учил и повторял. Все три вопроса знаю и сейчас всё распишу на листочке.

40 минут пролетели как две. Я немного не успел дописать, но в целом отвечать был готов. Сажусь напротив профессора, держу в руках билет, открываю рот, чтобы отвечать первый вопрос.

- Ты где служил? - слышу.

Отрываю глаза от билета, вижу, профессор смотрит на меня.

- В Афгане.

- В каких войсках? - в голосе профессора слышится интерес

- В пехоте.

- И я в пехоте! - профессор хлопает ладонью по столешнице от счастья, будто однополчанина встретил, - Рядовой?

- Никак нет. Сержант.

- А доложите-ка, товарищ сержант, порядок следования роты пешим порядком.

Докладываю про виды строя, которым передвигается рота.

- Головным дозором обнаружен противник. Ваши действия?

Докладываю профессору своё решение на доразведку, атаку и уничтожение противника.

- И у нас так же было! - хлопает по столу ладонью профессор и снова вопрос:

Нужно расположиться на ночлег в полевых условиях. Доложите обустройство роты.

Докладываю, что рота становится в кольцо, для бэтэров отрываются капониры, для личного состава отрываются окопы для стрельбы с колена, расписываются места по боевой тревоге, распределяются часы несения караульной службы, назначаются часовые и патруль.

- И у нас так же было! - профессор в полном восторге.

Будто не студент в 1989 году сдаёт экзамен профессору, а пришедший с пополнением 1945 года перед Штурмом Берлина сержант докладывает капитану-ротному своё понимание ротного уклада.

Битый час я рассказывал капитану Букину как воюет мотострелецкая рота. Битый час капитан Букин приходил в восторг от того, что за 44 года с момента его выхода в запас в действиях пехоты не поменялось ничего!

Пехота, она пехота и есть.

Что на Великой Отечесвтенной, что при Бородине, что на Поле Куликовом, что в Афгане.

Одно только слово - Пехота-Матушка.

- Давай зачётку. - капитан посмотрел на часы, удивился потраченному на меня времени и снова стал профессором, - Ставлю тебе "четыре".

- Михаил Сергеевич, я готовился. Хочу отвечать на пятерку.

- Давай зачётку. Верю, что знаешь. Удачи тебе, сержант

=============

У меня, у одного из немногих стоит ОТЛИЧНО за знание Теории Государства и Права.


==========

Светлая Вам память, товарищ капитан - мой глубокоуважаемый профессор Михаил Сергеевич Букин.












Tags: приятные воспоминания, юристы
Subscribe
Buy for 10 tokens
1. Количество комментов и "друзей" никак не влияет на СК. При таких правилах ЖЖ, ни "друзья", ни комменты мне в хрен не тарахтели. 2. Оставляя комменты в моём блоге, вы не только высказываете свое мнение, которое мне не интересно, но и продвигаете за мой счёт свои тухлые бложики с СК<10,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments