Лохпожизни (lokhpozhizni) wrote,
Лохпожизни
lokhpozhizni

Category:

Школьная программа по литературе. Сыпучий нафталин.

Ещё 40 лет назад, будучи школьником, я удивлялся несоответствию прекрасного советского СЕГОДНЯ и унылой школьной программе по литературе, почти единогласно описывающей наше мрачное вчера: для чего в нашей школьной программе столько дохлых динозавров?

Я понимаю - Пушкин.



Все слышали, что "Пушкин - наше всё", но не все понимают, почему это так. Пушкин - новатор русского языка. Русский язык не есть что-то бетонное и на век данное. Русский язык - живой и изменчивый. В него входят новые слова и формы и пропадают устаревшие. Лексикон постоянно меняется. Взамен тяжеловесной греко-церковнославянской поэтической формы Пушкин ввёл лёгкую, летящую англо-французскую форму, перенятую у Байрона:

Мой дядя самых честных правил:
Когда не в шутку занемог,
Он уважать себя заставил
И лучше выдумать не мог.


Это практический разговорный русский взамен неповоротливых громоздких стихов Державина, Фонвизина. Ломоносова, Сумарокова - гениев и классиков допушкинской эпохи.
Гоголь - гениальный, непревзойденный стилист



Будучи страстным поклонником Пушкина, Гоголь в прозе совершил ту же революцию, какую Пушкин совершил в поэзии.

"А что, доедет это колесо до Казани?"

"Я пригласил вас, господа, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие".

Радищев и его "Путешествие из Петербурга в Москву" - это совсем недавний, тяжеловесный и неуклюжий предшественник "Мёртвых душ", написанных совсем другим, современным нам языком.

Пушкин и Гоголь - это водораздел между греко-церковнославянскими формами в литературе и практически разговорным русским языком в поэзии и прозе. Эти два автора безусловно должны быть изучаемы со все возможным прилежанием.

Что там делают остальные? Непонятно.

Тургенев, например.



Что путного мог написать подкаблучник чужой жены и тряпка. Еще Толстой, валяясь на диване в редакции "Современника", издевался над "демократичными ляжками" Тургенева, а когда тот, доведенный до слёз, просил прекратить издевательства, Лев Николаевич прищуривался "А вы меня на дуэль вызовите" и Тургенев утухал.

40 лет назад мне были глубоко фиолетовы его Базаров, Фенечка, Муму, Герасим и Бежин луг. Герои - устарели, их конфликты малоинтересны, а описания природы на уровне фенологических очерков районной газеты. Скукотища и зевота.

Некрасов. Очень средний поэт.



Миллионщик, льющий слезу над голожопыми бедняками. Лицемер и фрондёр. Имел много денег на выпуск "Современника", откуда вся эта компания бездельников-дворян перекочевала в школьный учебник по литературе: Некрасов, Тургенев, Л. Толстой, Белинский.



Белинский или, как его называют, пензенский туберкулёзник "Неистовый Виссарион" напоминает мне пересказчика программок гладиаторских боёв Первого Века до н.э. Этот пересказчик не видел самих гладиаторских боёв и не имеет на руках программок. Гладиаторы давно умерли, а программки истлели от старости. Но тем не менее, рассказчик повествует нам о неких малозначительных кусках пергамента на которых были написаны имена бойцов и результаты боёв.

Очень средний автор Чехов



Единственная, повторюсь, ЕДИНСТВЕННАЯ заслуга Чехова перед русской литературой в том, что он не отчалил из Красной России в 1918 году на Философском Пароходе, а вовремя умер в 1904, не успев стать белоэмигрантом и врагом Советской Власти.

Его рассказы "Ванька", "Спать хочется" (в которой девочка душит младенца) писались им как юмористические. Рассказы эти отнюдь не "разоблачают царизм", а печатались в юмористических журналах под псевдонимом "Антоша Чехонте". Это "юмор" был такой у Антоши - глумливый.

Достоевский. Мрак и депрессняк.



Нечитаемый, тяжеловесный язык. Сбиваешься уже на шестой странице. Герои все как из психушки. Это не "знаток глубин русской жизни" (русская жизнь не была такой гадкой, как ее описывает Достоевский), а опущенный по этапу пидор описывает свои пидорские взгляды на жизнь из под лагерной шконки.

Никто из этих так называемых "классиков русской литературы" никаким революционером, конечно же, не был и к свержению самодержавия никогда не призывал. Просто когда в 30-х годах стали свёрстывать школьную программу по литературе, оказалось, что почти все талантливые авторы не приняли революцию, а отчалили в эмиграцию. В 30-е годы эмигранты могли быть только с приставкой "бело-", а печатать белоэмигрантов, своих классовых врагов, Советская Власть не сошла с ума. Поэтому, в школьные учебники вошли те, кто хоть как-то обозначил себя если не как революционера, то как фрондёра и вольнодумца.

Пора перетряхивать школьную программу по литературе.






Tags: Литература
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 20 tokens
***
...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments